Медиатека

Спикер: Дрожжинова Валерия

Спикер: Дрожжинова Валерия

Спикер: Дрожжинова Валерия

Кабанов Александр Викторович — член-корреспондент РАН, д.х.н, профессор Университета Северной Каролины (США) и МГУ им. М.В. Ломоносова.

Российский и американский химик, член-корреспондент РАН с 15 ноября 2019 года по Отделению медицинских наук (медицинская биотехнология). Специалист в области химии полимеров медико-биологического назначения и наномедицины. Окончил химический факультет МГУ имени М. В. Ломоносова в 1984 году. Принадлежит к научным школам И. В. Березина и В. А. Кабанова. Работает в США с 1994 года. В настоящее время — заслуженный профессор фармацевтического факультета и директор центра нанотехнологий для доставки лекарств университета Северной Каролины, содиректор института наномедицины Каролины, США. В 1994–2012 годах профессор фармацевтического факультета и института исследования рака в медицинском центре университета Небраски, США. Профессор химического факультета МГУ имени М. В. Ломоносова с 2002 года. В 2010 году получил грант Правительства РФ и основал в МГУ лабораторию «Химический дизайн бионаноматериалов». Вошел в список самых влиятельных ученых мира по версии Thomson Reuters (2014), назван одним из самых цитируемых ученых России в номинации «Науки о жизни» по версии Clarivate Analytics (2016).

Новогодние истории о том, как химику трудно заниматься биологией, и что из этого может выйти

«Ученому-химику трудно заниматься биологией по двум причинам.

Во-первых, потому, что наукой вообще заниматься трудно. Для того чтобы придумать то, что не придумали другие, нужно очень стараться, радоваться своим идеям и тут же их хоронить. От этого, действительно, можно прийти в отчаяние, так как большую часть времени хорошие ученые тратят на бесперспективные вещи, и постоянно видят, что другие их обгоняют. Очень редко им удается вырваться вперед, и тогда действительно происходит БОЛЬШАЯ НАУКА.

Во-вторых, химики абсолютно НИЧЕГО НЕ ПОНИМАЮТ в биологии и им приходится тяжело в квадрате, так как они всю жизнь работают в области, в которой ничего не смыслят, и массу времени тратят на то, чтобы в этом разобраться. Когда им начинает казаться, что они уже в чем-то разобрались, выясняется, что настоящие биологи придумали массу нового, и снова химикам все становится совсем непонятно. Так продолжается снова и снова.

Однако, реалии современной науки таковы, что без конвергенции научных дисциплин невозможно движение вперед. И поэтому, подобно смелому и наивному Фродо Бэггинсу, химики покидают свой „уютный химический дом“ и отправляются в путешествие в неизведанные и опасные биологические просторы.

Путешествие длинною в жизнь, из которого они, как правило, уже не возвращаются. Чтобы пояснить свою мысль, я расскажу вам три рождественские истории, каждая из которых началась более тридцати лет назад и до сих пор не закончилась.

Первая история о роли макрофага в процессе передачи генов.

Вторая о том, как полимеры могут помочь преодолеть множественную лекарственную устойчивость при лечении рака.

А третья о том, что самое страшное в раке может быть не сама раковая клетка, а то, что ее окружает.

В каждом случае я постараюсь пояснить, какие выводы из этого может извлечь настоящий химик».

Фокин Валерий Валерьевич — профессор, PhD, директор центра биомолекулярных исследований Университета Южной Калифорнии (США).

В 1993 году с отличием закончил химический факультет Нижегородского государственного университета им. Н. И. Лобачевского, в 1998 году защитил диссертацию и получил ученую степень PhD в Университете Южной Калифорнии в г. Лос Анжелесе. С 2000 по 2015 год — профессор Исследовательского института Скриппс в г. Ла Хойя, штат Калифорния, США. С 2015 года занимает должность профессора химии в Университете Южной Калифорнии. Президент российско-американской научной ассоциации RASA-USA в 2016-2018 годах.

Cпециалист в области химии и биомедицины, один из первооткрывателей азид-алкинового циклоприсоединения («клик химии») с помощью катализа медью в 2002 году.

Автор более 180 публикаций и 25 патентов. Один из наиболее цитируемых исследователей в области химии. Агентство «Томсон-Рейтерс» в 2011 году включило Валерия Фокина в список десяти самых влиятельных химиков мира за последнее десятилетие. В 2013 году вошел в число лауреатов «Томсон-Рейтерс» за исследования в области так называемой «клик-химии» за разработки, позволяющие быстро синтезировать новые вещества практически без образования побочных продуктов и работы в области исследования живых систем. Обладатель премии Японского общества синтетической органической химии, премии компании Pfizer для молодых исследователей, премии Георгия Гамова, член Американской академии медицины и биоинженерии.

«Была бы водица, а жизнь зародится: размышления о химии в воде, эликсире жизни и возвращении в будущее»

Вода является lingua franca, то есть универсальным языком жизни на нашей планете и главным растворителем, которым Природа пользуется в своём синтезе. Собирая сложные органические молекулы, ученые, как правило, идут путём, далеким от основанного на воде биосинтеза. Вода редко применяется в качестве основного растворителя в органическом синтезе, потому что большинство органических веществ в ней не растворяются. Результатом общепринятого Аристотелевского постулата о том, что «вещества не реагируют, не будучи растворенными», явилось то, что фундаментальные процессы, протекающие на разделе водной среды и органической фазы, оказались практически не изученными (в отличие от многочисленных гомогенных реакций, протекающих в водной среде).

Наши исследования в этой области начались 15 лет назад, когда мы с коллегами впервые обратились к органическому синтезу «на поверхности воды» и выявили несколько реакций, которые особенно удачно протекают в водных эмульсиях и суспензиях. Наш интерес к гетерогенным водным реакциям постепенно привёл к пониманию, что размер вступающих в реакцию капель имеет значение не только потому, что, тем самым, увеличивается площадь поверхности, но и потому, что во взаимодействии водных и органических фаз важную (и до сих пор плохо понимаемую) роль играют мельчайшие водяные капли, покрытые слоем тех органических веществ, которые и вступают в реакции друг с другом. Таким образом, сама поверхность воды может выступать в роли катализатора химических реакций, влияя на их селективность и скорость протекания.